Ночью случилась трагедь: у меня закончились "картонки".
Ыыыыыыы, сказала я - и взялась за "Таинственное пламя царицы Лоаны". С самого начала. Читала его на работе, вперемешку с каталогом каслинского литья, книгой про невьянскую икону и экспертными заключениями.
Еще Лера Дидковская принесла мне глянцевый журнал. ))
В связи с этим возник вопрос: у кого есть "Песнь о Гайавате" в оригинале?
Трилогия про мою коллегу Марину (ф-т искусствотрепа и культурогонии, заочное отделение, 6 курс; пишет диплом у Барминой-сан).
1) Я объясняю Марине какие-то элементарные вещи и на этом основании чувствую себя умной (от слова "гибкость ума", от слова "эрудиция", от слова "умение работать с информацией").
Сие неправильно.
Зато мы помыли батареи, реорганизовали диван, придумали вешалку по-другому и решили обживать пространство не только кружками, но и аромалампой. И стены обклеить.
2) Марина снимает двухкомнатную квартиру за ОДО; Марина хочет уехать в Питер; у Марины есть мечта: открыть свою кондитерскую. И в интерьере поставить всякого французского ДПИ 18 века.
У меня мечты нет; я боюсь мечтать и предпочитаю жить. Наверное, сие тоже неправильно - но я чувствую себя ущербной.
Умной, счастливой, спокойной и ущербной. Забавный набор? ))
3) Марина не знает, кто такой Эко. Марина хочет поступать в аспирантуру. Я рассказываю Марине про ролевые игры. Она ахает, удивляется и просит фотографий.
Кажется, контакт налажен.
Мы будем пребывать в музее вдвоем; но я бы предпочла половину времени проводить в одиночестве, как предполагалось изначально.
Вчера: в "Капитане" рассеянно взяла со стойки журнальчик "ВЫБИРАЙ", открыла наугад и... уткнулась рассеянным взглядом прямиком в изображение угадайте кого, сопровождаемое надписью "ВЕЗДЕ ЗНАКИ!"
Сегодня: свешали на стены еще две иконы. Экспертных заключений на них не было, и я стала придумывать таковые сама. Потыркалась в книжку "Невьянская икона", позвонила Неизменному Собеседнику (неизменная палочка-выручалочка, да к тому же искусствовед, в отличие от меня) - и... в общем, на четырехчастную икону 18 века я смогу написать заключение не хуже бызовского. А "София, Премудрость Божия", про которую Евгений Васильевич сказал, что это 17 век, мне упорно кажется 18-м. Красочный слой напрочь утрачен, сохранность хреновая. Оклад - серебро (?), чеканка; клейм нет. Шпонки встречные! (и не утрачены, надо же).
Работать с предметами - здорово.
Вот бы еще повесить офорты Шишкина на стену, и чтобы Евгений Васильевич поскорее продал чугуниевую лошадь. Раздражает.