Как там у Канцлера? Blya, или крик души? ну так вот...

Хотя, если вдуматься, чего орать? Ну, побегаю с хвостовкой, Богомолова охотно примет у меня эти карточки, ибо, по-моему, меня любит, обзаведусь "пятеркой" - и буду иметь стипендию... и чистую совесть, а то вот какое позорище, блин...

Всю дорогу (с экзамена до автобуса, звучит-то как!) у меня в голове вертелась "Галльская боевая":



Гиена жажды власти гложет душу твою,

И ты за ней погнаться готов

Туда, где я хвалу своим богам воздаю

Среди зеленых вечных лесов.

.......

Приди и, если сможешь, убей!

.......

.......

тра-та-та-та-та-та, но устремляется ввысь

Мой яростный насмешливый дух.

Я умер, но в бою я стоил десятерых,

А ты, поверь, не стоишь и двух!



Только это и помню. Кучу раз подряд прокручивал это про себя ожесточенно так и изо всех сил заставлял себя улыбаться. Вид у меня был, наверное, тот еще: в такие моменты мои глаза делаются абсолютно прозрачными и отчаянными, с серой каемкой, похожими на неживые стеклянные шарики; многие пугались, когда видели.

[Я вопил что-то о том, что из жалости, слез и тем более озлобленности по пустякам... и так далее...]

В маршрутке уснул, привалившись закованным в кепку виском к скрипучему стеклу. (по радио надрывалась Алсу: "В тот день, когда ты мне приснился, я все придумала сама..."

Полегчало. Не знаю, надолго ли. Меня здоровым стебом лечат попеременно Визард с Андрэ и Готон с Мимом. По-моему, хоть немного, да помогает. Ну органически не могу я в их присутствии говорить глупости с серьезным видом (только с отменно несерьезным. Попытка улыбнуться... уже лучше...)



А теперь Мим с Айшей мне гадости говорят... Они большие, страшные (гадости, я даже обижаюсь) и меня не любят (это уже относится к Миму с Айшей).