А еще: я ведь, понимаете, ничего не пропустила!
Эти четыре дня и четыре ночи, проведенные в Москве, оказались лишними, бонусными, я вернулась чуть ли не в ту самую точку, из которой исчезала.
По-прежнему майская дымка, воробьи чвиркают, небо голубое, с солнцем и с расплывающимся самолетным следом - и одуряюще-весенне пахнет вчерашним ливнем и тополиными почками.
Хочется бродить бесконечно, и ночами, похожими на брэдбериевские, целоваться на улицах и в парках, как шесть лет назад.
И забрать у Вирны велосипед, который она техобслужила безвозмездно, в качестве подарка на д.р. (хы!), и ездить на этом велосипеде куда попало.
И чтобы не надо было вставать по утрам, но я бы вставала безо всякого "надо", просто так.
И разворачивала бы, как крылья, свою иллюзорную интернет-независимость.
И макала бы руки в фонтаны, а ноги облекала бы сандалиями, а не ботинками.
И носила бы юбку своей мечты, а в рюкзаке - книжки, привезенные из столицы, и читала бы их, валяясь на траве или сидя на качелях, и не думала бы о дне библиотекаря и о работе,
и был бы у меня плеер,
и вела бы я жизнь беспечную, какую можно вести только в мае.

Прошлым летом я забыла в электричке возлюбленную джинсовку;
сегодня она мне приснилась.