1. "<...>
Берите всe! Всe! Всe! Но все-таки с собой
Кой– что я уношу, как прежде, горделивым,
И незапятнанным, и чистым, и красивым, —
Кой– что оставлено и мне еще судьбой.
Сегодня вечером, да, да, в гостях у бога
Я у лазурного остановлюсь порога
И покажу ему тот знак, что был мне дан…

(Шпага выскальзывает из его рук, он шатается и падает в объятия Ле Бре и Рагно).

Роксана (склонясь над ним и целуя его в лоб):
Что ж это, милый мой?

Сирано (открывает глаза, узнает ее и счастливо улыбается).
Мой рыцарский султан".

(с) Э. Ростан, "Сирано де Бержерак".

2. Про "любимых мужчин". Если говорить за вчерашние посиделки в столовой на Тургенева, то игру придумала я.
Обозначила правила и смысл; и потом поняла, что смысл оказался другим.

Это не то психоключ, не то психотренинг, не то индикатор. И еще чем-то похоже в "доверие". По крайней мере, тоже должно проходить в очень правильной компании. Я выбрала очень правильную.

Ну, и будем честны.
Ровно один раз я взвыла искренне. Не театрально.

И всерьез испугалась, когда прочитала френдленту вечером, и испытала... э-э... смешанные чувства.

3. Думая над этим, развела-сформулировала страх и горечь.
Страх - боязнь, что у тебя могут отнять что-то, что тебе принадлежит. Что могут занять твое место. Заслонить тебя собой (как Амур Сатурна в двадцать восьмом вопросе ВДИ).
Горечь - осознание, что кому-то принадлежит то, что тебе принадлежать никогда не будет. Что бы ты ни сделал. Кем бы ни стал.
Тоска по несбывшемуся.

Финн, пытавшийся отчаянно добиться любви Наины.
И ее равнодушное: "Герой, я не люблю тебя".