Папа упал. Хернулся плечом о диван, ну, или еще обо что-то, не знаю. Смог встать, позвонить маме. Мама прибежала, натерла его мазью, накормила обезболивающим. Я вернулась с работы - ешкинкот! Плечо деформировано, хрен знает что торчит со стороны спины, ощупать нормально не получается, отец стонет. Настояла на вызове скорой. Приехали симпатичные какие-то врачи, потрогали, посмотрели, сказали - может быть подвывих или вывих, может быть разрыв чего-то в суставе, может быть перелом лопатки, везите в больницу на Компрессорный.
... какая в жопу больница, какой Компрессорный?
Анриал.
Ладно, Димка с Юлей прилетают из Турции в ночь, завтра будут уже здесь.
А пока непонятно, что делать. Ничего не делать.
Поднимать руку, шевелить плечом папе больно. Это по реакции зрачков видно. Ну, или когда стонет невнятно.
Объяснить-то он не может. Он... ну, просто смотрит. И из того, что мы с мамой говорим, не очень ясно, сколько и чего понимает.

Угадала, что хочет винограда. Оторвала несколько ягод, кормила его - а он смотрит - и бессилие - Господи, это же невозможно, невозможно, Господи, чтобы это было на самом деле. Мой гордый отец, страдавший от малейшей беспомощности - и этот почти безразличный, прозрачный, насквозь проходящий взгляд, по которому вообще ничего не понятно.

Угадывать. Вот самое важное сейчас умение.
Полцарства за легилименцию.

АПД. Вроде, все ок. Намазанный мазью и накормленный таблеткой папа как-то так шевельнул рукой, что торчавшее перестало торчать, а не двигавшееся стало двигаться. Сейчас спит, закинув руку за голову. До того как заснуть, внятно выразился, что не больно.