Ушуршало. Вернусь этак к воскресенью (до воскресенья связь по смс, если что).
Старт через тридцать минут, я задумчиво смотрю на недособранный рюкзак и думаю: "И ведь каждый раз обещаю себе, что больше так не буду".

Перечитала вчера "Пикник на обочине". Оказывается, я совершенно забыла, чем на самом деле занимается Ричард Нунан. А сейчас это показалось чуть не самой интересной линией.
Топ симпатий - предсказуемо Валентин Пильман,
а еще разглядела параллель с "Собакой Баскервилей" Конан Дойля: там, где в начале второй части Рэдрик вытаскивает из зоны Стервятника Барбриджа:

"... ему показалось, что между крестами сидит на могиле неподвижный человек в черном. Сидит, не скрываясь, прислонившись спиной к мраморному обелиску, повернув в сторону Рэдрика белое лицо с темными ямами глаз. На самом деле Рэдрик не видел и за долю секунды не мог увидеть всех этих подробностей, но он представлял себе, как это должно было выглядеть".

"Луна была справа от нас; неровная вершина гранитного столба четко вырисовывалась на фоне ее серебряного диска. И на этом столбе я увидел человеческую фигуру, стоявшую неподвижно, словно статуя из черного дерева. Не думайте. Холмс, что это была галлюцинация. Я, как никогда, мог положиться на свое зрение! Насколько мне удалось разглядеть, это был высокий, худой человек. Он стоял, чуть расставив ноги, скрестив руки на груди, опустив голову, и словно в раздумье смотрел на царство торфа и гранита, которое лежало перед ним. Вот таким и представляется мне дух здешних болот! Это был не каторжник. Он стоял далеко от места, где тот скрылся, да и ростом он был выше. Вскрикнув от неожиданности, я повернулся к баронету и схватил его за руку".

Можно сделать прозоцентон, но сейчас некогда.