Тополя и березы выводят свои полки,
Окружают меня незаметно и строй ломают.
Почки их раскрываются, как разжимаются кулаки,
На зеленых ладонях лежит утро второго мая,

Все мои слова оказываются недостаточно хороши,
Ни на языке не удержатся, ни в переплетах.
Но зато я, как белыми нитками, к небу весны пришит
Тающим следом невидимого самолета.

2 мая, электричка Москва-Балабаново,
где-то в районе Переделкино.