Ночью, поднимаясь по лестнице, вытащила из себя занозу: при всех точках сходства фабулы "Пена дней" очень далека от "Трех товарищей", максимально далека, и если я буду верить, то в Ремарка, а не в Виана (и Гондри). Хотя, учитывая личный опыт, прогнозировать лучше с учетом Виана.

В "Трех товарищах" болезнь и несчастье сближают. Укрепляют союз, обостряют нежность. Во многом даже обогащают.
Когда нет беды, каждый справляется поодиночке. Когда беда, то очень вместе. Неосознанно вместе. И то, с чем человек должен встречаться один на один, он переживает не один.
В "Пене дней" болезнь и несчастье разделяют и обедняют. В радости вместе, а в горе врозь; Хлоя не позволяет беспокоиться о себе, тяжело принимает заботу; Колен прогонят Николя; отдаляются Шик и Ализа. Каждому приходится справляться самому, даже если во имя кого-то, этот кто-то вне. Не рядом. И необязательно поддерживает. Вот как в фильме отчаявшаяся Хлоя кричит на Колена.
Разделяй и не властвуй.
Ломается совместность. Потом ломается каждый.

Беспросветно и безнадежно. Так уж живем, что потеряем все. Вопрос, как.

В "Трех товарищах" беда остается снаружи человека. Вне. Ударяет внезапно, как крапивинские молнии.
В "Пене дней" она растет изнутри. Каждый сам кузнец своего счастья, садовник и сад своего горя.

И то, и другое, в общем, верно.