Вчера смотрели "Ветер крепчает" -

в "Салюте", на мимими-маленьком экранчике, в окружении шумно дышащей, хихикающей, хлюпающей, жующей, пахнущей попкорном и чипсами публики, зато в удобное время и отличной компанией. Н.С., его искусствоведческая книжка и кофейные леденцы, Реда, ее память о пилотах и ясные глаза, Ими, ее нежность и восхищение Японией, Лиса, ее енотовидная шапка и вопрос "и он - жил дальше?", я, мой ловящий взгляд и мой айпадик, на который я ловила кадры с пейзажами Левитана (потом, может, покажу, с комментариями).

Второй раз размазывает меньше.
А видишь/замечаешь больше.
Детали. Точки, откуда начинаются лейтмотивы.

Н.С. вот увидел портрет Бетховена - в сцене, где играла пластинка, а Дзиро получил повышение и новый заказ.
Там была еще одна картина на стене, но мы не разобрали.

А Ими рассказала мне про котацу.
И перевела надпись, которая проплыла над советом директоров.

Захлестывает, конечно.

... и как нарисовано землетрясение.
... и друг Дзиро, прекрасный специалист, цепкий и вдумчивый. Не мечтатель. Но высококлассный профессионал.
Как их начальство разбирается в людях! Как точно оценивает, как отмеривает работу - каждому по размеру и по характеру, и как отмеривает необходимое для работы.
Командировка - невероятно тонкий момент.
Много вообще невероятно тонких моментов.

История любви и долга в этот раз отошла на второй план. На первом оказались пилоты. "Но никто их них не вернулся".

- Это поле нашей мечты.
- Больше похоже на преисподнюю.
- Не совсем.
И - "Свет в окошке".

И летчик машет из кабины.

И звучит эхо восхищенного: "Спасибо! Великолепная машина!"

И на этом месте я плачу, конечно.

... а за ужином мы с Н.С. углубляемся в интерпретации и приходим к выводу, что целью шпиона/провокатора (а равно и тайной полиции) был не сам Дзиро, а отец Наоми. Скорее всего, дипломат.
Тоже к вопросу о тонких моментах.

- - -

А если говорить о котацу, то Википедия пишет, что у иранцев есть аналогичное одеяло. И традиция - праздновать новый год под одним одеялом всей семьей. ))