Волшебно волшебно отметили Рождество в Башне Бранвен. У нас были мы, шираз с черепашками, теплые тандырные лепешки (и холодные тоже), на которые можно складывать гранатовую капусту или клюквенный соус, собственно соус, три курицы (курица-отец, курица-сын и курица-голубь), эпопея с их приготовлением, хлеб для макания в бульон, мандаринки, слоечки с чудесами, чаи, соки и всякое в ассортименте. Энж принесла милых самодельных печенинок и сочинила сочиво - не только гадательное, но и очень вкусное. Поход к стоматологу никто не нагадал, все весело мерились потенциальной удачей и потенциальным богатством. Айя смастерила змею из творожного желе, осыпала ее тертым шоколадом и повергла к нашим ногам - и мы разрезали и съели эту змею во славу Божью, да так быстро, что и заинстаграмить не успели.
Н.С. раздавал всем рождественские марципаны в виде фруктов и овощей (и мне достался лимон). А еще вместе с Пашей и Скапью собрал и повесил икеевскую звезду, и она оказалась еще круче, чем в ИКЕЕ. Так что теперь я даже не знаю, а как обойтись зимой без такой звезды с ее мягким, теплым, совершенно крапивинским по сути своей светом.
Других звезд, самодельных, принесла Десколада.
Я почти что в одно лицо украсила елку. И это был не только сеанс иглоукалывания, но и радость узнавания: очень много очаровательных советских игрушек и стаффа 90-х. Я распихивала его по веткам небрежно и интуитивно, а получилось в итоге очень славно. И мне даже удалось уговорить всех на "а давайте не надо сюда "дождик", и "дождиком" украсили кармартеновские розы.
Вот, а еще я увидела легендарную пиалу с Лу Юем. И объелась. И наобнималась - сначала восполнения дефицита ради, а потом впрок.
Спасибо всем, кто мы! И Н.С. мой герой, конечно. Во многих отношениях. Но среди прочего он принес мне карманный вертеп, и на мессе я сидела, глядя на него.
Картиночка из ленты.
Любимые люди вокруг - неизменный залог успеха всего. Ну, и Его ощутимое присутствие, конечно.
И вот толпа наших на мессе, и мое любимое "мы собрались здесь, под этим перевернутым кораблем, который стал домом", и все просто и празднично, и нелепые, милые, почти детские псалмы на русском, и сердце всего этого для меня - не таинство Евхаристии, а момент "обратитесь друг к другу с миром" - обратиться и распахнуться.
Бесконечно уютный костел св. Анны, звездочки на льдистых окнах, орган. Неуклонное засыпание, блаженный полусон и выныривание из сна - чтобы услышать, обрадоваться, где-то прибавить свой голос к нестройному хору, а потом снова почти уснуть. Чтения из Исайи и Марка. Процессия священников и их помощников - они идут среди нас, которым тепло и тесно, к аметистовому вертепу, чтобы уложить в него фигурку Христа.
И я вспоминаю: Неаполь. Город, где продается бесконечное количество вертепов и фигурок для них. Деревянных, глиняных, металлических, пластмассовых, всяких - разных размеров и расцветок, разной степени детализированности, разного уровня очарования; и вот в деревянной коробочке, выстланной сеном, как в яслях, лежат пять младенцев Христов на продажу. Пять. Но один.
Мне хорошо и неторопливо. Мне о моем суетном - но и о вечном.
Чувство присутствия нас - и Того, кто больше нас - и всех тех моих друзей, которые тоже на мессе, но в других храмах, в других городах и даже странах; утром я увижу чьи-то фотографии в инстаграме и порадуюсь. Ничуть не завидуя, например, Вар, которая была в св. Вите. Ничуть не завидуя никому.
Наш маленький костел св. Анны в Рождество действительно становится домом. Перевернутым кораблем, который дом. Где тебе рады. И очень правильно быть именно здесь.
Энж с первого ряда оглядывалась на меня во втором, как в фильме Кэти оглядывалась на Томми. А я оглядывалась назад, туда, где стояли Квадрик, Паша, Чешир.
...
Пусть в мире будет все на своих местах. Пусть мы будем на своих местах. Пусть нам будет хорошо, тепло, не равнодушно и не одиноко.