Сегодня встречалась с ВВЧ. Он напоил меня кофе три раза, а еще сказал не "наконец-то" (от которого уже реально начинает трясти), а "за кого?" (а я уже и не надеялась). Тут я, конечно, бросилась ему на шею и расцеловала. День св. Валентина удался.

Конечно, ответ на вопрос - момент предсказуемости и очевидности. Но невероятно приятно, что кто-то помнит меня - и знает настолько, чтобы делать ставку на момент непредсказуемости. С учетом того, что предсказуемость я очень часто создаю своими руками, чтобы маскировать моменты такого рода и внезапно напрыгивать из-за угла.
Я, настоящая я, все еще больше соответствую вопросу "за кого?", чем восклицанию "наконец-то!"
Реакция ВВЧ адекватна тому миру, в котором живу (хочу жить?) я.

Снятие глухого раздражения.

Потом, конечно, поговорили об этом как умудренные прагматичные люди.
Но в основном - об Италии.
И кофе из гейзерной кофеварки + хлеб с джемом - это тоже была Италия. И комната ВВЧ, в которой он сделал ремонт. Прямо руками. Прямо с художественным вкусом.
Маленькая Генуя и большая милая эклектика.
Неаполитанские лимоны на светильнике в коридоре.

Мне просто эпически хорошо и легко рядом с этим человеком.

И кстати, я поймала себя на том, что разучилась пить кофе с сахаром. И что черный кофе, запиваемый апельсиновым соком, нравится мне гораздо больше, чем любой вариант кофе с молоком.
Тем более у ВВЧ дома какой-то офигенно вкусный и ароматный кофе. Хранимый в жестяной банке в холодильнике - ноу-хау, перенятое у итальянских товарищей, и вот мне бы тоже надо перенять по цепочке. Пихать в подобный кофе молоко - преступление. Злостное убийство божественного вкуса и запаха. Один раз я побыла убийцей, больше не буду.
Молоко мне спасает неудачный кофе, но портит удачный.

- - -

Еще день св. Валентина стал днем благодарения.

Я доехала до автодрома и вручила В.Б. бутылку коньяка и конфетощки. Но вышло как-то неловко. Я заранее придумала, что сказать, чтобы было хорошо и про главное, а потом стояла на февральском ветру под апрельским небом, смотрела, как новичок выполняет параллельную парковку и разворот, остро понимала, что больше никогда не сяду в Товарища Нексию, и как-то растеряла все заготовленные слова. И не успела собрать их обратно к моменту, как В.Б. вышел из Товарища Нексии и пошел мне навстречу - только глупо думала про то, что он без куртки, и про ахматовское "не стой на ветру".
Протянула пакет, сделала круглые беспомощные глаза и выдала короткий экспромт про "большое спасибо", - а В.Б. заглянул в пакет ("что там, опять пить? - нет, еще закусывать"), спросил "получила?" ("да!"), пожелал мне удачи на дорогах и неловко поцеловал в щеку возле уголка губ. Три секунды до и три секунды после мы оба, кажется, не знали, куда девать себя.
Под апрельским небом на февральском ветру.

Особенности деловых/функциональных отношений: не очень знаешь, как быть с человеком за их пределами.

В сущности, незачем.

Но грустно.

Потому что было хорошо и больше не будет.

Но спокойно.

Потому что мне везет с учителями.

Но странно.

Потому что я пока не знаю, как это - ехать, и чтобы на сиденье справа не было В.Б.,
ехать и не опираться на его профессионализм и уверенность,
ехать, исключив из мотивации пункт "избежать бурчливых замечаний".

Но незавершенно.

Потому что есть два неслучившихся занятия. Четыре часа.

- - -

"... а также неизбывной любви".

Ласьки избыточно лиричны.

Много вспоминаю дни св. Валентина в СУНЦе, улыбаюсь. До девятого класса 14 февраля никогда не было для меня праздником. После - не могло стать праздником про гендерное. Только про гендерное. Вообще про гендерное.
Потому что с тех пор для меня это день всех влюбленных в мир.
День всех влюбленных в жизнь.
День всех влюбленных во всех.
День всех влюбленных.
Любящих, любимых и просто радостных.
Теплых.
Светлых.
Объединенных, но свободных.

А еще есть ненаписанная история (наверное, ненаписанное стихотворение) про девушку, которая была всеми влюбленными своего городка.
И два варианта этой истории.

И незапущенный небесный фонарик. Давняя заначка, про которую я в очередной раз вспомнила.

Я - все влюбленные. В общем-то, это мой день,
и он стал моим исключительно благодаря СУНЦу. Ежегодным ворохам валентинок. Паутинке дружеских связей, атмосфере всеобщего приятельства. И всему остальному: "Евгению Онегину", ВВЧ, дню выпускного сочинения по литературе, зеленым яблокам. Тысяче деталей, двум десяткам людей.

И мне жалко, что сегодня нет такого ящика, куда можно утром свалить бумажные валентинки для всех моих, которым мне есть что сказать в этот день, и откуда веселые добровольцы быстро все отнесут прямо в руки адресатам - в перерывах между уроками, разумеется, - а адресаты будут перечитывать это прямо на уроках и улыбаться.
А кто-то и гадать, конечно. Потому что не все валентинки хочется подписывать. ))

В сущности, мне жалко, что мне не пятнадцать.

- - -

Зато я выиграла в "Анк-Морпорк" за несколько ходов. Лордом Седлачи.
(чтобы потом проиграть лордом Витинари).

- - -

Кромвель почему-то называет мясные оладушки котлетами. ))