Второй день на западе показывают совершенно индийский тонкий месяц. Разве что не такой горизонтальный. Волшебство!*

Вчера специально звонила верному товарищу Десколаде, чтобы сказать: смотри срочно на запад!! А сегодня - чтобы узнать, как они с Редкой и Рожкой ездили в музей военной техники, и завидовать. ))

* ("волшебство" - любимое слово этих суток, потому что со мной происходит сплошь оно!).

- - -

Еще звонила ВВЧ вчера. Шла по Карла Либкнехта и орала ему в желтый телефон: "с днем рожденья, старый хрен!! теперь еще более старый!!", - а он мне: "ты поздравляешь меня, точно как Лаптева!"
Вокруг меня текли ручьи и сияло солнце, и прохожие оборачивались, когда слышали, что я произношу прямо ртом, я скакала с предмета на предмет, а ВВЧ баритонально смеялся, принимал пожелания (а некоторые суеверно-испуганно не принимал))) и радовался всякой фигне, которую я ему рассказываю.
"Люблю тебя! - И я тебя, очень, и ты это знаешь!". Как, блин, не знать.
Далее совсем лирика."... и видно по корню, что это как слово "шинка", та же история, но читается по правилам - "хуйинка", и вот в шведском довольно много подобного нехитрого веселья для русского человека... как сказать? веселья имени карнавального низа! - Хо-хо, цитируешь меня! Приятно! *тоном Бората* Ра-адостно!".
Трындели от детско-юношеской библиотеки до Белинского-Маркса, я руками махала, больше года не виделись, а будто бы на той неделе расстались!

Я обняла весь мир, как на пляже Кандолима или на Китай-городе, напередавала приветов и Славяне, и папе его, и кошычке, увековеченной в литературных произведениях, и потом аж до Декабристов вспоминала всякое. Например, как в одиннадцатом классе выбрала цветаевское "Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес" и читала ему на зачете (+ анализ, ВВЧ отчего-то любил, как я анализирую стихи), а на зимнем устном экзамене мне выпал Пастернак, и я решилась читать "Февраль"; и так или иначе обе эти вещи стали прецедентными текстами и до сих пор со мной. И непонятно: то ли я интуитивно выбрала их потому, что они в каком-то смысле мне соответствовали и были среди меня непопсовы (и так и осталось), то ли они срифмовались со мной и стали прецедентными именно тогда - и исключительно потому, что я выбрала их и прочитала ВВЧ (и отвоевала!)). Или еще: как он носил меня на руках в десятом классе, и если задуматься, это был первый посторонний мужчина (не родственник), который носил меня на руках; или: про выпускной экзамен и самую дзенскую историю моего у(У?)ченичества; или: как я водила ВВЧ плескаться в Шарташе, а он показывал мне, как драться на ножах, наносить удары и ставить блоки, как брать руку на излом и пр.; или: как я встречала с ним субботу, и он угощал меня, как никто не угощал, и, подглядывая в книгу, читал молитвы на иврите; или: как я опускала контактные линзы в две рюмки с каплями для глаз вместо раствора, когда незапланированно осталась у него ночевать; или: как он варил для меня неаполитанский кофе в гейзерной кофеварке; или: как я писала ему стихи и написала бы сейчас еще, если бы не разучилась, хотя "о чем говорить, когда не о чем говорить". И т.д., бесконечные какие-то поля воспоминаний, дорогих сердцу, лирика и ее полнейшая безболезненность.
Случайная мысль: интересно, не за то ли я люблю ВВЧ, что он сделал меня единственной для него, и мне нравится ощущать себя единственной? беспрецедентной, неповторимой, какие еще слова. При том, что с ценностью это слабо коррелирует, так неповторимым бывает мгновенье, но важность его - отдельная история, неважное тоже неповторимо, и фокус - на неповторимости, а не на важности. Не за то ли я люблю ВВЧ, что он научил меня категории неповторимости - через меня же?
(или это я сейчас такими конструкциями думаю оттого, что перечитала Энде?)).
(лучше б он меня научил чутко реагировать на запросы, конечно, и давать то, что действительно надо человеку, а не то, чего тот хочет - ну, или ему кажется, что хочет; то есть этому нельзя научить, но жаль, что я этого умения/могущества от него не переняла).

- - -

Я, между прочим, хотела кратко написать о всяком! Кратко! У меня даже получалось сперва, но вот "любовная лодка разбилась об IT", и дальнейшие попытки бесполезны. ))

- - -

Сочинила вчера двустишие "По ТЦ, играя, носится девка-лабутеноносица", а сегодня меня прокляли лабутенами!

История такая: идем с Полиной по Каменным палаткам, продвигаемся к "Карасикам", и тут на нас выпадает объект вроде как человек молодая женщина: черноволосая, в розовых одеждах и с бутылкой водки под мышкой. И минимум наполовину в астрале.
- Девчата, девчата, у вас не будет позвонить?
Я уже тянусь к телефону, но Полина такая:
- НЕТ.
Ну, и я:
- Извините, но нет.
Обгоняем ее и движемся дальше, а нам в спину летит злобное:
- Да врете вы все, наверняка есть! Чо, жалко, да? Чо, думаете, я с вашими телефонами убегу?
- Вот уж этого не думаем.
- ДА ЧТОБ ВАМ ТАК МУЖИКИ ДАВАЛИ, КАК ВЫ МНЕ ПОЗВОНИТЬ!
Клянусь, ровно это и сказала!

Где-то через минутку мы зависли возле дерева с двумя белками, серенькими, среднеупитанными, кистеухими и очень красивыми. Я их пыталась подманить, они вначале подманились слегка, но потом ушуршали дальше и выше, и я такая:
- Что, белки, вы не с нами, да? Не с нами...
И тут включается как раз догнавшая нас лабутеновая дама с водкой, внезапно и резко сменившая гнев на милость, а злобность - на ласковость и благость (и, кажется, напрочь забывшая о том, что ей вообще надо куда-то звонить):
- Конечно, не с вааами. Потому что они с нааами. Белочки. Они с наааами. Вы вот вообще откуда?
Полина, сурово:
- ИЗ ГОРОДА.
Она, доверительно:
- А я - из космоса. А тут мы в баньке паримся. В бааааньке.
И ушла в калиточку в заборе с надписью "БАНЬКА".

Лес победившего сюрреализма, контакты с инопланетянами, все вот это.
Беспокоюсь теперь немного.
Кто-нибудь знает, как снять инопланетное проклятие?

- - -

На Шарташе красиво, ветер северо-западный три-пять метров в секунду (очень чувствуется), немилосердное солнце, много рыбаков и физкультурников, сухие пушистые злаки в человеческий рост и мокрые сандалики ко льду примерзают! Прорубь называется Шарти, украшена изображением краснощекого моржа, снабжена удобной раздевалкой (из воды в твердом агрегатном состоянии) и окружена дружелюбными мужиками с бензопилами, лопатами, ломами, долбилами, светлыми глазами и ценными советами. Мужики немедленно полюбили нас за 100 рублей каждую/каждого и стали звать в свой клуб зимних плавателей.

Макаться - ОХРЕНИТЕЛЬНО. Там есть удобная лесенка, вода прозрачная, как в Тургояке, и виден песок на дне. По поверхности, словно клецки, плавают льдышки, но сама вода потрясает мягкостью и ласковостью. Нигде не обжигает. Все происходит легко, ярко и не безумно, но единственно разумно. Чудо, чудо!

Я-то думала, приятно будет только по факту выхода из озера, и ожидала внутреннего сопротивления, когда начну раздеваться до купальника на снегу в минус два или уже окажусь в проруби по щиколотку. Но нет, сопротивления не было, сплошное принятие, и приятно было на всех этапах, а еще - ново и странно, время то растягивалось, то скакало галопом, я боялась, что слишком зависла в себе, и делала все стремительно. А еще как будто местами почти себе не принадлежала: все движения в какие-то моменты происходили сами, до того, как я внутри себя оценивала/обдумывала происходящее и принимала решение (тут-то бы и развлекаться Кая-style умственными упражнениями и наблюдениями, но не сообразила, не было ресурса сообразить). Много сомневалась, но в итоге (за неимением других вариантов) доверилась миру и волшебнице Полине, которая успела что-то наколдовать за три с половиной секунды и уверяла меня, что все хорошо. Фибулы и ягод бессмертника не было. Мокрая рубашка, облепившая тело, на воздухе начала превращаться в латы и невыносимо леденить, и я ощутила себя веточкой в прозрачном панцире после ледяного дождя. В прозрачном, вот именно. Я отставала от мира и из-за этого развела суету: слои одежды, полотенца, шмотки, большой рюкзак, раздевания-одевания-переодевания, термос чая, термос чая с медом, коньячок; незаметно содрала с себя и чуть не потеряла серьгу-ягоду, забыла завинтить термос, и чай потом пролился в рюкзаке на всё, что там было, кроме планшета, йу-ху! Но радость, радость, чистая радость, переходящая в эйфорию. Смотрела, как макаются Квадрик и Паша, как быстро все происходит, иногда не уловимо глазом, пила глинтвейн из шмурдяка в уютном местном кафе морской тематики, наслаждалась и понимала, что на следующей неделе хочу повторить.

Так высокое искусство фотографии открывает нам чудесный мир новых возможностей!

подробности про это и про остальной день.- - -

Еще поняла (потому что увидела наконец), как нагота бывает белоснежной и ослепительной.

- - -

Синеглазый мужик по имени Владимир, надававший больше всех ценных советов, восхищался нашим мужеством/отвагой/решительностью, а я изнутри себя не понимаю, при чем тут это, ВСЁ ТАК ПРОСТО, ОКАЗЫВАЕТСЯ.

- - -

Представляю теперь, какие именно ощущения крещенские ныряльцы называют словом "благодать" применительно к проруби и социальным взаимодействиям около нее;
хотя за себя еще больше сомневаюсь теперь, что мне понравится нырк в -19 и в толпе флешмобствующих.

- - -

В кафе среди прочих играла песня про лабутены. Так я узнала, что у нее есть цензурный вариант: с "ахом", "восхитительными штанами" и "примой и звездой". )))

- - -

Чувствую себя отлично! Отличнейше! Крутой телесный опыт; подозреваю, потому что первая доза, второй раз будет не так круто (но я намерена проверить).

Встряска, гормонов выброс и очень мощное снотворное. Пришла домой, разобрала вещи, решила, вот сейчас полежу двадцать минут на диване с книжкой, сожру что-нибудь по-быстрому и мотану в Пышму. Но нет. Безнадежно продрыхла с полудня и до самого вечера (пока Н.С. не позвонил из трамвая, в заботах, как я там и чего бы мне купить вкусненького)).

- - -

Спасибо всем, кто был со мной в новом опыте и вокруг него - и еще раз тем, кто давал ценные советы и высказывал мнения на тему. Я соблюла все самое важное и, как видите, НИУМИРЛА.
Все не зря!

- - -

В рамках программы "не опоздала, а задержалась" и "восьмое марта каждый день" обменяла банку варенья из грецких орехов на коробку шоколадных конфет и кусок современной датской литературы, основанной на реальных событиях.
Скандинавский Маркес пишет про жизнь портового города. Что ж, познаю - теперь это номер первый в очереди после Рушди! (а "Историю, которой нет конца", я сегодня дочитала; а Десколада закончила "Шантарам", обсудили с ней по телефону, Реда, твой черед близок!).

Лиза, которая тоже называется Карла (в рифму "Шантараму"), очень славно живет недалеко от меня, удобно для культурного обмена, надо не упустить этот момент.

- - -

Про гетры! Я должна написать про гетры, которые мама подарила мне на НГ: я их сегодня освоила, и они вкупе с кремом спасли мне ноги! Потому что коже после проруби очень сухо, до боли, и холодно, хотя это сложно почувствовать сквозь ощущения от сухости.

Удобные, короче, клевые гетры, теперь они мне ужасно нравятся и близки, несмотря на фиолетово-сиреневый окрас.

- - -

Ходила к Квадрику на блины с вишневым вареньем и на Шихалева с фотоаппаратом. Что-то трындела в рамках общей малоадекватности имени сегодняшнего дня. После проруби, коньяка, шмурдячного глинтвейна и сна я как пьяная: ясность телесных ощущений и чувств, но мысли и язык путаются сами в себе.

Еще видела:
- Нику-нику, Пашу, Кромвеля, лысого мужика с вином в бокале и другого еще мужика в клетчатой рубашке.
- Стрит-арт с бумажным корабликом на трансформаторной будке, которая стоит, где раньше был яблонево-боярышниковый садик возле нашей школы и кусок стадиона.
- Ииии Церковь-за-мостом! Это маленькая белая церковка в лучших традициях владимирского зодчества, адаптированных к 21 веку, стоит стена-в-стену с Домом-у-моста, и я готова была бы поклясться, что раньше ее здесь не было никогда-преникогда! И строительства тоже. Она просто как-то внезапно сама выросла. То есть я внимательный суслик, конечно, но.

Провела под ее стенами минут тридцать, просто стояла, иногда смотрела в по-ночному синее небо и в тени веток на нем, иногда - в планшет, иногда - вокруг на уровне себя. Слушала плеер, а еще - как плавится, течет и капает зима. Железный забор с ясной надписью "сохрани" и почти стертым "спаси и". Теплый вечер и темный город - по контрасту с безжалостным морозцеватым утром и белой озерной гладью. Грязь против льда. Сигнал побудки против колыбельной песни. Легкий след сожалений: я бы хотела, чтоб утром все было чуть иначе. Медленней. Лепей. То есть не совсем: я хотела бы, чтобы все было так же, но чтобы я сделала свою часть лучше. Была лучше. Исправить. Переписать на чистовик. Хотя это был хороший черновик, очень. Но в том, что зависит не от меня, он был гораздо лучше, и вот меня тревожит это несоответствие. Как заноза в сознании (или даже глубже сознания).

- - -

В моей изначальной задумке это был ловкий пост строчек на тридцать, но он снова простынная графомания. И стирать жалко.

Пусть.

- - -

АПД. Выделение мое.

13.03.2016 в 00:17

Пишет  сандал.:

Окунулась в прорубь. Не собиралась, хотела снимать только, но нет, заразительно - никакого холода не чувствуешь, как будто не вода вовсе, а какое-то другое пространство, и тело твоё - уже не тело, и только потом, когда одета уже, замерзают пальцы ног, и это возвращает обратно. И целый день хожу, будто горю изнутри, горячие руки и бёдра, желание жить сильнее.

урл-урл.

ВОТ.