Сегодня с утра плеер, обожающий комментировать жизнь вне себя, сходу выдал "Что такое осень - это небо" голосом Шевчука.
Небо, ага. Стремительно побледневшее и выцветшее. И солнце куда меньше стремится выжечь мой глазик.
Дни еще чуточку летние - вечера и ночи уже совершенно осенние. Окно по привычке распахнуто. И вот часа в четыре в него начинает заходить СЮРПРИЗ. По ощущениям, СЮРПРИЗ родом с Северного Ледовитого океана. И бесконечный. По крайней мере, он заходит в окно до семи утра и не иссякает. Из-под свежести грозно пахнет севером и льдом, как ни маскируется. Я упрямо кутаюсь в летнюю одеялку и не иду закрывать окно. Убеждаю себя, что хочу дышать СЮРПРИЗОМ.
С каждой ночью все менее убедительно убеждаю.

Днем пахну мандарином и базиликом вместо ставшего привычным ветивера. Какое-то такое настроение.

Сегодня сразу после работы скачу на машинку в Челябинск, стараясь не порвать от усердия скакалку.
Взяла с собой "Последнюю любовь в Константинополе" и эссе Псоя Короленко. Еще смартфонный зарядник, купальник, запас яблочных чипсов и (в мешке с Бродским) подушку. Надеюсь, это план победы.

Про яблочные чипсы. История в том, что моей маме подарили сушилку. Она похожа на пластиковую этажерку на поддувале. Нарезал, разложил, поставил, врубил, потом она шесть часов гудит. Груши тоже можно сушить. Помидоры. Но мама сушит яблоки. Километрами и килограммами. Потому что сушилка очень ароматизирует спальню. Практикой на Авалоне с доставкой в сны.

Встречались вчера с Редой во имя культурного обмена – выбрали местом встречи «Крабов, гадов и вино», это теперь вместо «Дублина» на Хохрякова. Такое специальное место, где нефиговая кастрюлия свежих черноморских мидий стоит 390 рублей. А плавают они при этом в отличном голубосырном соусе, который вкусно вымакивать хлэбюшкой, хлэбюшку в ведре приносят просто так. И воду в бутылке приносят просто так, будто мы в этих ваших Европах. Сколько угодно! И винище льют в бокалы не только по 0,15, но и по 0,075, мой любимый размер, я скорее себе схватила австрийского белого и стала счастлива. А Реда научила меня выкусывать одну мидию раковиной другой, как щипчиками. Но пальцами выдирать все равно удобнее.
Мидия отличный зверь. А если ее вывернуть наполовину, она становится невероятно, невероятно похожа на вагину и ее ближайшее окружение. Если совершать это медленно и проникновенно, можно изрядно шокировать партнера по столику.
Про «Крабов-гадов». Там на бутылках написано «ГАДЫ ЗАНЯТО», а на чеке – ООО «ОГОГО». Туда можно ходить жрать библейскую еду (хлеба и рыбы). Еще там белый туалетный кафель, расписанный голубой краской. Нарисованы всякие выразительные морские обитатели. И не морские. Рыбы, лангусты, раки-крабы, кальмар, такое все. Мы сидели за стойкой возле осьминога – типа он занимается в танцклассе на станке, а мы зырим с обратной стороны зеркального стекла. А он в присосочках и задолбался.
Посуда – английский фаянс, я влюбилась в чашку, в которой приносят кофе.
Десерты задорные. Я цопнула «Итонскую размазню», предполагая, что это какая-то штука, которую размажет для меня выпускник Итона. А это типа «Павлова собери себе сам»: на дне тарелки малиновый конфитюр и заварной крем, далее навалены меренги и сбоку ягодки. Расчлененная клубничина и целые голубичинки. Что хочешь бери, макай, куси. Гораздо удобнее жрать это, чем кондиционную «Павлову». Итонский размазчик дело знает! Сгоняла вот сейчас, почитала про Eton mess, очень просветилась.
В «Крабов-гадов» еще пойду.
Даже знаю уже, когда и по какому поводу.