Ласька сегодня погладила нет, не манула рубашку и стала героем соцтруда.
Потому как упорядочила фонд РК. То есть совсем. Удякалась, конечно, жутко. "Не-е, я по-настоящему хочу!" - и у танка отвалилась башня. Открытое окно и периодическое отмывание рук при помощи ледяной воды и вонючего мыла не слишком помогало.
Но.
Но ощущение принесенной пользы. И список из 266 книшшков, бухгалтерии для. И еще тринадцать ненайденных.
И тополя! Прекрасные тополя на улице Тургенева!
И браслет на ногу. Нехитрая штука: "шнур монаха", собственнолапно сплетенный из синих и темно-синих ниток, и на нем подаренный Молькой камешек. ) Ан в цветовом отношении это как раз переходное звено от юбки к сандалиям. ) Радуюсь. )) Сегодня в первый раз его надевала, понравилось: снаружи не видно, а я его ощущаю и знаю. ))

С работы меня встречал Неизменный Собеседник.
И мы ходили в кино. На "Тараса Бульбу".
Что могу сказать? Никак. То есть совсем никак. Ноль. Ни эмоций, ни чувств, ни уму, ни сердцу. Не тронуло. Совсем.
Единственное, что я поняла - что совершенно не помню бессмертное произведение Мыколая Васильевича. Не худо бы перечитать.

Вечером: макали курицу в кетчуп, гадали по третьим "Киндрэтам" и по книге интервью Бродского (дюже увлекательно) и посмотрели первую серию "Семнадцати мгновений".
Нецветных, разумеется.
Прекрасно!
И осмысленно.
Недоумение, вызванное "Тарасом Бульбой", рассеялось. Бо есть еще порох в пороховницах и женщины в русских селеньях шедевры мирового кинематографа, которые можно смотреть много раз и думать полжизни.
Штирлиц, Штирлиц.
И Кальтенбруннер. Со шрамом на щеке.
И я наконец-то узнала, чем начинается вся эта история.

А еще я сегодня употребила полбутылки тоника "швеппс" и почти ничего мне за это не было.